Дарвинизм в современном мире

Эволюционная теория Дарвина и современность

6. Понимание эволюции как борьбы всех против всех

"Системное" истолкование эволюции хотя бы применительно к "нижним" уровням организации живого не могло не бросить обратный отсвет на понимание и эволюции в целом. В результате меняется смысловое содержание, в частности, и рассматриваемых нами понятий "естественный отбор" и "борьба за существование". Попытаемся отметить хотя бы наиболее важные модификации в указанном направлении.

Все большее внимание биологов начинает привлекать проблема функционирования макробиосистем - популяций, биогеоценозов (БГЦ) и т.д. И здесь биология начинает устанавливать более тесные контакты с широким комплексом наук о Земле (геологией, геохимией и т. д.), фиксируя своеобразие Жизни применительно к суше (разным континентам) и Мировому океану. Везде Жизнь ухитряется выкачивать энергию из нежити (неживой природы), т.е. живет как бы за счет нежити, "эксплуатирует" ее. Ну да Бог с ней, с нежитью - ей от этого "не жарко и не холодно", не больно и даже не обидно.

На этом фоне очень своевременной выглядит идея об эвристичности дальнейшего синтеза теории эволюции с данными биогеоценологии или экологии, высказанная С.С.Шварцем опять же в 1969 г.. По логике этого предложения напрашивалось такое соображение: смысловое содержание дарвиновского понятия "естественный отбор" было бы эвристичнее истолковать как проявление саморегуляции в первую очередь такой макросистемы как биогеоценоз (4). Конечно же, всей суммой своих составляющих Природа регламентирует общий ход борьбы за существование каждого вида, каждой особи. Как известно, словами "Natural Selection" Дарвин в свое время и обозначил весь спектр факторов (как биотической, так и абиотической природы), сказывающихся на эволюционной судьбе вида. Разумеется, все со всем связано:.Однако, наполнение термина "естественный отбор" столь всеобъемлющим смысловым содержанием оказывалось на поверку, скажем так, излишне "широкозахватным", неимоверно усложняющим задачу.

Присмотримся внимательнее к функционированию БГЦ. БГЦ - очень сложное образование, однако, простоты ради, будем представлять его в виде последовательности ("цепочки") экологических ниш (грубо говоря, "кормушек"), в определенном смысле замыкающихся. Круговорот вещества и энергии в БГЦ начинается с поглощения растениями вещества почвы и энергии Солнца. Макрозвенья указанной цепочки: почва - растения - травоядные - хищники - (микро- и) макроконсументы, питающиеся падалью, мертвечиной и в конечном итоге возвращающие обратно в почву то, что из нее было взято в начале цикла.

Изложенное на языке физики (или физиологии; кстати, может быть, указанный круговорот вещества и энергии в рамках БГЦ также уместно считать своего рода физиологией?) это круговращение выглядит вполне пристойно. Но если со всего этого снять покрывало эвфемизма и называть вещи своими именами, то дело будет выглядеть вот как. Каждый из обывателей БГЦ кого-то ест (кушает или жрет - выбирайте, что вам больше нравится), т.е. каждый жив смертью кого-то другого и нет ни одного, который бы не стал в свою очередь пищей (жертвой, добычей, жратвой) для кого-то другого. Так что функционирование БГЦ - это бытие "на крови". И хотя все здесь зиждется на "убийстве" (в прямом и переносном смысле), было бы нелепо говорить о злодействе: "убийство" - это норма существования БГЦ. Здесь нет даже ненависти (антилопы не ненавидят львов, они просто принимают - своим поведением, своим образом жизни - правила игры, имя которой - жизнь, принимают как данность, ничем не худшую, чем "Солнце всходит и заходит").

Тут, уместно сказать, процветает "круговая порука", Р. Киплинг назвал это "законом джунглей". (Заметим, кстати: понятие "закон" здесь можно понять и как норму бытия природы и как юридическую норму, т.е. норму, родственную морали). Здесь все - соучастники убийства, и вместе с тем никто не заслуживает звания убийцы. Вот уж где действительно, кажется, идет ежесекундная "война всех против всех"! И, тем не менее, эту самую войну всех против всех следует признать своего рода кооперацией. Желая уравновесить слишком уж циничную формулу Т. Гоббса, можно было бы сказать: здесь "один за всех и все за одного", если бы этот девиз не звучал слишком уж рыцарски красиво, благородно возвышенно в применении к взаимоотношениям обывателей БГЦ. Остановимся на сухой научной констатации: каждый вид своим бытием как бы обслуживает бытие всех остальных. И хищник, и его жертва как бы взаимно "заботятся" друг о друге; и хищник, и жертва - разные стороны одной и той же медали, что и дает основание использовать термин "симбиоз".

"Быть или не быть" (разумеется, в эволюционном, а не индивидуальном смысле) каждому новому "уродцу" ("мутанту" и т.п.) решают в первую очередь все остальные обыватели БГЦ. Они его или "принимают", или не "принимают" в свою "компанию". Общим "голосованием" всех обитателей БГЦ решается, кому дать место под Солнцем, а кому и нет. Только "голосование" здесь осуществляется, разумеется, не бюллетенями, а действиями, поведением, образом жизни каждого из обитателей БГЦ. (Как видим, "демократия", если будет позволено так выразиться, была "изобретена" еще в ходе эволюции). Слишком упрощенно было бы думать, что новоиспеченный "уродец" просто подчиняется воле большинства.

Отвоевав "с молчаливого согласия" всех остальных обывателей БГЦ свое место у "кормушки" (соответствующего участка трофических цепей), он понуждает этим самым (просто фактом своего бытия, своим образом жизни) всех остальных жильцов подстраиваться под свои нужды. Разумеется, разных обитателей в разной мере - одних он ставит под угрозу вымирания, а других - всего слегка ограничивая в удобствах их существования. Таким образом, каждый организм приспосабливается к образу жизни всех остальных обитателей БГЦ (к среде обитания, если выразиться старомодно), но в свою очередь и всех остальных понуждает приспосабливаться к своему образу жизни. Другими словами, - слегка меняя "правила игры" и, этим самым, давая зеленый свет лишь определенного сорта "уродцам" других видов.

В результате усиливается - хотя бы всего лишь на йоту! - стабильность БГЦ в целом. Не напрашивается ли отсюда суждение - все обыватели БГЦ эволюируют совместно, так сказать, в одной "упряжке" (в одной "связке", как сказали бы альпинисты), не утрачивая при этом ни на одном этапе системного характера его организации? В результате процесс бытия мира живого, как следовало бы думать, (увы, Дарвин не констатирует этой мысли в явном виде) предстает в качестве саморегулируемого! А это намекает на очень многое:В частности, может быть, именно БГЦ следует признать в качестве основной эволюирующей единицы?

Разумеется, выше изложенное -не более чем иллюстрация, так сказать, задел для более современного истолкования элементарного шага эволюции. При этом нам пришлось прибегать чуть ли не к поэтическим гиперболам, действительность куда как прозаичнее. Уклонения от "нормы" (достигнутой "высоты организации" вида) в каждом конкретном поколении ничтожно малы, а потому и вносимая ими лепта в дело укрепления общей стабильности БГЦ становится реальной силой очень не скоро.

К началу страницы

Титульная страница