Дарвинизм в современном мире

Эволюционная теория Дарвина и современность

7. Интерес к "пусковым" моментам эволюции

Итак, есть основания констатировать: биологию ХХ в. начинают интересовать не столько собственно эволюционные (т.е. ставшие уже как бы необратимыми) преобразования, сколько пусковые (т.е. как бы лишь подготовительные). "За спиной" последних, как правило, скрывались вообще сугубо циклические, обратимые изменения (т.е. даже еще не вариации в дарвиновском смысле, а всего лишь флуктуации в смысле физики И. Пригожина и синергетики). Такого рода флуктуации применительно ко всем уровням иерархически субординированных биосистем.

Здесь имеются в виду: 1. предмутационные осцилляции на уровне субклеточных образований; 2. cобственно мутации геномов и генотипов; 3. морфофизиологические вариации на уровне органов; 4. фенотипическая изменчивость на уровне организмов; 5. годовые, сезонные и т.п. колебания численности особей - так называемые "волны жизни" - на уровне популяций; 6. сукцессии на уровне биогеоценозов и т.д., включая всякие там магнитные и прочие "бури" на уровне биосферы, инициируемые главным образом переменами в активности Солнца. При этом на каждом из уровней организации живого вступают в действие "свои", относительно самостоятельные, механизмы саморегуляции. В результате, мир живого предстает как весьма динамичные образования (как образно выразился Ф. Ницше, все "пляшет на ногах случая").

Эволюционные подвижки "вытанцовываются" как продукт игры неисчислимого множества разнонаправленных сил. Мир живого, будучи порождением неживого, представляет собой весьма динамичное образование. Он "занят" непрерывным воспроизведением своего бытия. Последнее слагается из великого множества всевозможных циклических процессов, периодичность которых простирается от долей секунды на его нижних "этажах" до столетий и тысячелетий - на верхних. В "игре" принимают участие неисчислимое количество "игроков", совершающих великое множество действий ("поступков"), порождающих вариации (в дарвиновском смысле слова).

В результате и рождаются некие подвижки в функционировании биосистем всех рангов. Флуктуации, а, следовательно, и подвижки на всех уровнях как-то сопряжены меж собой. Те из них, которые совершаются на уровне организмов и видов (популяций), легче всего подмечаемы визуально, а потому именно они и нашли концептуальное отображение в дарвиновской теории. Эволюция, таким образом, совершается как продукт интеграции подвижек в функционировании биосистем всех уровней. Эти подвижки осуществляются как бы параллельно, согласованно, коррелятивно. Сказанное подводит к такому суждению. Смысловое содержание дарвиновских понятий "естественный отбор" и "борьба за существование" сегодня оказывается уместнее всего раскрывать через представления о механизмах саморегуляции биосистем разных уровней организации живого.

Позволим себе обратить внимание и на такой аспект предлагаемой трактовки естественного отбора. В текстах, вышедших из-под пера даже самых выдающихся эволюционистов, включая и Дарвина, естественный отбор предстает в образе как бы некоей самостоятельной сущности, субстанции (если перейти на язык философских доктрин, не очень-то совместимых со стилем естественнонаучного мышления), а то и даже мифического существа, всесильного и всеведающего, не выпускающего из-под своего контроля ход всех, даже самых интимных, самых сокрытых от глаз исследователя процессов мира живого. Точнее, такой образ естественного отбора наличествует, скорее, в подтексте и, пожалуй, даже вопреки стилю мышления их авторов (не так-то просто освободиться от лексики, оборотов речи давно минувших эпох!). Изживанию подобного подсознательного может способствовать, на наш взгляд, четкое осознание хотя бы таких моментов.

К началу страницы

Титульная страница